Основная проблема: Одна из основных идей данного исследования заключается в том, что создание осмысленной теории преступности в целом, добросовестное изучение «проблемы преступности» и квалифицированное применение знаний для ее решения невозможно без учета огромного количества факторов, влияющих на жизненный путь человека на различных уровнях: от личностных особенностей самого индивида до факторов, связанных с его семьей, сверстниками, школой, соседями, кругом знакомств, культурой и обществом в целом. Формирование личности преступника происходит на каждом этапе его развития в обществе, и крайне важной задачей является выявление и понимание того, что именно лежит у истоков совершения серии преступлений, а также что конкретно побудило серийного преступника совершить свое первое преступление, что могло стать отправной точкой для действий, приведших к травмированию и (или) гибели нескольких или нескольких десятков человек. Цель: Попытка рассмотреть преступное поведение серийных преступников в призме психосоциального подхода – преступность с психологической точки зрения. Методы: В исследовании использованы диалектический метод, анализ, синтез, индукция, дедукция, синхронное и диахроническое сравнение, исторический метод, а также частнонаучные методы: формально-юридический, сравнительно-правовой и др. Результаты и их значимость: Изучение данной темы является жизненно важной задачей для всего общества в целом, поскольку от этого зависит его благополучие. «Проблема «маньяков» существует с тех пор, как существует цивилизация».

Основная проблема: Ключевой проблемой квалификации преступлений против жизни является системная сложность разграничения убийства, совершенного в состоянии аффекта, от умышленного убийства (в том числе совершенного из мести или в ходе ссоры). На практике грань между внезапно возникшим сильным душевным волнением (физиологическим аффектом) и обычным эмоциональным возбуждением или спланированным умыслом часто оказывается размытой. Ошибки следствия и судов в оценке длительности психотравмирующей ситуации и триггерных действий потерпевшего приводят либо к необоснованно суровому наказанию лиц, действовавших в состоянии аффекта, либо, напротив, к неоправданному смягчению ответственности за умышленные преступления. Цель: Целью статьи является комплексный уголовно-правовой и психолого- криминалистический анализ критериев аффектированного убийства, выявление дефектов судебно-следственной практики при его отграничении от смежных составов, а также разработка научно обоснованных рекомендаций по совершенствованию нормативных критериев оценки внезапно возникшего сильного душевного волнения. Методы: В исследовании используются формально-догматический (нормативный), сравнительно-правовой, системно-структурный методы, а также комплексный анализ материалов судебной практики и заключений судебно-психиатрических и психологических экспертиз. Результаты и их значимость: В ходе анализа выявлено, что суды часто игнорируют феномен «кумулятивного аффекта» (накопившейся агрессии в результате длительного домашнего насилия), ошибочно трактуя такие действия как предумышленные. Обоснована необходимость обязательного назначения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы во всех случаях, где подсудимый заявляет о дезориентации сознания. Разработан четкий алгоритм разграничения аффекта и умысла по временному интервалу и характеру посягательства. Практическая значимость заключается в минимизации судебных ошибок при квалификации насильственных преступлений против жизни.